"Гомельская прауда", Ирина Чернобай
В интервью “Гомельскай праўдзе” наставник жлобинского “Металлурга” Василий Спиридонов обещает медали, хвалит фанов и порицает открытый хоккей.
Спустя четыре года хоккейный Кубок страны вновь у представителей Гомельщины. Только на этот раз не у “Гомеля”, а впервые в истории белорусского хоккея у жлобинского “Металлурга”. Формально это и было поводом для разговора с главным тренером “сталеваров”. Однако пришлось Василию Спиридонову ответить и на другие вопросы.
После “Юности”
— Понятно, после финала Кубка уже прошло какое-то время и эмоции успели поутихнуть. И всё же — какие ощущения остались после победы?
— Выиграть Кубок Беларуси в Минске у столичной “Юности” очень дорогого стоит, поверьте. Я уже 45 лет в хоккее, были в моей карьере победы и поярче (в частности, Спиридонов в бытность игроком стал чемпионом СССР — прим. автора), но на белорусском фронте эта виктория — самая радостная. Можно сказать, я счастлив.
— Когда команда качала вас на руках, вы выглядели…
— Смущенным, знаю. Потому что я к такому не привык. Но ребятам благодарен, получается, они отдали должное главному тренеру.
— Самый популярный, наверное, вопрос, на который вам пришлось отвечать после финала: почему на решающую игру не был заявлен Макров?
— Почему всех так волнует эта фамилия?
— Ну все же Макров лучший бомбардир вашей команды прошлого сезона.
— Все ищут какой-то подвох в том, что Андрей не был заявлен на финал. Но все очень просто. Макров — такой же член команды, как и все ребята. Когда мы приехали в Минск, мне показалось, что Андрей, скажем так, менее нацелен на игру, чем Дорнич. И я поставил словака, потому что посчитал, что на этом этапе он принесет больше пользы. И тот в общем-то доказал свое право на участие в игре, забив первый гол.
— Вторую — победную — шайбу, как известно, забросил ваш сын. Ясно, что после этого он у болельщиков герой. Ну а раньше не приходилось вам слышать что-то вроде “вот, взял сынка в команду”?
— Столько кривотолков всегда было по этому поводу. Но Андрей игрой уже доказал свою состоятельность. Сын и отец в одной команде — очень напряженный вопрос. И мне нелегко, и ему, но раз судьба так распорядилась, работаем вместе.
— Дома вы ему устраиваете отдельный разбор полетов?
— О, поверьте, ему достается очень сильно. Как-то в одном из интервью он сказал: “Если кому-то прощаются ошибки, то мне с трудом”.
В историю от обороны
— Как настраиваете команду перед матчами? Я помню, когда Глен Хэнлон начал работать со сборной, мгновенно разнеслась по спортивному миру новость о лозунгах типа “Здесь и сейчас войдем в историю”, которые он вывешивал в раздевалках. Вы таких методов не применяете?
— Игра на игру не приходится, и установки на каждый матч различаются. Когда ты работаешь с командой каждый день, видишь: то ли хоккеистов надо где-то подстегнуть, то ли высоких слов о значении игры лучше избежать, чтобы ребята не “перегрелись” от возложенных на них надежд и у них не было мандража. Если хоккеисты и так понимают значимость матча и поставленной перед ними задачи, зачем же еще их стегать?
— После поединка с “Брестом” в рамках нынешнего розыгрыша Кубка, который ваши подопечные выиграли со счетом 6:1, вы сказали, что это был худший матч в исполнении команды по организации игры, и обещали разобраться в причинах. Разобрались?
— Да. По крайней мере, в финале турнира ребята показали тот хоккей, которого я от них ожидал. Дело вот в чем. Если команда выполняет установку на игру полностью — есть результат. Если начинает уходить в сторону — могут возникнуть проблемы. Именно это мне не понравилось в том матче. По характеру, самоотдаче всё отлично, а вот по выполнению задач были вопросы. Не могу сказать, что проблема решена полностью. В игре с “Шахтером” уже в рамках чемпионата страны, во втором периоде мы “свалились” в открытый хоккей. Что такое вообще открытый хоккей? Это игра без обороны. Тот выигрывает, кому везет забить. А я считаю, что на том этапе, на котором команда сейчас находится, она не может играть в такой манере в полной мере.
“Без господдержки хоккей умрет”
— В этом году в регламенте чемпионата Беларуси появилось существенное изменение: зарплатная ведомость команды из 25 человек ограничивается суммой, эквивалентной 75 тысячам долларов в месяц. Это как-то отразилось на вашей дружине?
— В какой-то степени сказалось на комплектации. Лучше бы, конечно, избежать этой темы, но раз спрашиваете… Скажу так: ограничения вводятся, но все ли их придерживаются, я так и не могу разобраться. Бывает, мы делаем предложения некоторым игрокам. Они вроде сначала соглашаются. А потом оказываются в других командах. Значит, те клубы более состоятельны и смогли предложить условия лучше наших. Вот и рассуждай после этого о потолке зарплат.
— А вообще, по-вашему, наш хоккей может существовать без господдержки?
— Нет, конечно. Он умрет. И умрет сразу. О его самоокупаемости говорить просто смешно.
— Ну и об оптимальном проценте легионеров в команде тоже уж спрошу…
— Без легионеров в белорусском хоккее сейчас никуда. Если посмотреть, как играют вторые команды, станет понятно, что оттуда пока подкрепления нашим клубам ждать не стоит. Иными словами, ближайшего резерва белорусских хоккеистов нет. Поэтому если мы сейчас отрежем легионеров, чемпионат действительно закроется. Он просто будет неинтересен. Мы ведь играем для народа. А люди приходят на трибуны, чтобы увидеть красивый, зрелищный хоккей.
Другое дело — процентное соотношение. Вот сейчас федерация пришла, на мой взгляд, к правильному решению: не более пяти человек на игру. Это целесообразно в том числе и с финансовой точки зрения. Можно, конечно, и по 7 — 8 заявлять, но тогда потолок зарплат будет маловат.
Кто ходит в гости на завод, тот поступает мудро
— Бывший директор клуба Владимир Флоризяк в интервью нашей газете рассказывал, что когда вы только пришли в команду, то выступили с инициативой сводить хоккеистов в цеха БМЗ на экскурсию. Задумка была реализована?
— Да, мы ходили всей командой, обошли все цеха. “Стариков”, понюхавших пороху, такими экскурсиями, конечно, уже не удивишь, а вот молодежи она оказалась очень полезной. Для чего это делается? Чтобы двадцатилетние ребята, которые уже звезду словили, видели, как зарабатывают деньги их болельщики. Так легче проникнуться друг к другу. Фаны уважают наш труд, а мы — их. В этом сезоне опять пойдем.
— Форумы болельщицкие читаете?
— Нет, но этим занимается мой помощник. Он понимает, что я импульсивный человек, быстро завожусь, поэтому отсекает ненужное, но по ключевым моментам меня просвещает. Мне кажется, мы пока едины с болельщиками.
— Ну и напоследок — о задачах на чемпионат.
— Я считаю, что задача одна. Народ в Жлобине пошел на хоккей. И не только в Жлобине. Вы же видели, что творилось на “Минск-Арене” в финале Кубка. Такой поддержки я не ожидал. Значит, мы на правильном пути. Людей не обманешь. Если команда не играет, их на трибуны не затянешь. Не те времена. К тому же сейчас видите сколько проблем в жизни. А все равно ведь не пустует Ледовый. Так что главная задача — удержать болельщиков. А попутно — раз мы в прошлом сезоне завоевали бронзу — и в этом должны занять место не ниже третьего.
